Цезарь с лисичками
Это не канонический Цезарь. Это спор с классикой — и классика в нём проигрывает обаятельно.
Листья романо лежат небрежно, но каждый из них дело рук человека, который понимает, что такое хрустящий салат. Они холодные, упругие, с характерной горчинкой в центральной жилке — той самой, которую в других салатах срезают, а здесь оставляют намеренно.
Соус — густой, кремовый, с резкостью анчоусов и кислинкой лимона — обволакивает каждый лист тонкой плёнкой. Не заливает, не топит — именно обволакивает. Пармезан натёрт крупно, хлопьями, и тает на языке раньше, чем успеваешь его заметить.
И вот лисички. Они здесь неожиданны — и в этом весь смысл. Обжаренные на сильном огне, горячие, с хрустящими краями и мягкой серединой, они приземляются на холодный салат и начинают с ним разговор на повышенных тонах. Тепло против холода. Лес против моря — потому что соус с анчоусами это всегда немного море.
Сухарики хрустят, лисички хрустят, романо хрустит. Это очень громкий салат.
И очень убедительный.